Плачет она... понимаешь? Плачет! Мы с Леней входим в комнату, откуда доносятся странные звуки, похожие больше на хохот, даже на икоту, чем на плач. Я никогда в жизни такого не слыхала и в совершенном ужасе схватываю Ленину руку. В довершение переполоха попугай Сингапур в своей клетке начинает заливаться точь-в-точь, как Тамара! Оказывается (потом нам это объясняет Иван Константинович), одна из прежних хозяек Сингапура часто закатывала истерики, и Сингапур перенял это от нее. Все эти годы он жил у Ивана Константиновича и не слыхал никаких истерик; ну, а когда Тамара начала эту знакомую ему песню, Сингапур страшно обрадовался и начал выводить истерические вопли. Так они наворачивают оба - Тамара и Сингапур! Но для Тамары состязание с попугаем оказывается полезным: плач ее ослабевает. Она даже кричит: - Ленька! Да поставь ты эту проклятую птицу на рояль! Поставленный на гладко отполированную крышку рояля попугай Сингапур перестает хохотать, икать и плакать.